От нейросетей до вакцин. Как трансформируется диагностика и лечение рака

Искусственный интеллект активно помогает врачам в анализе медицинских снимков, а персонализированные вакцины разрабатываются с учетом особенностей опухолей конкретных пациентов. Ученые также создают молекулы, которые способны доставлять противораковые препараты непосредственно к пораженным клеткам. В этом материале рассматриваются технологии, которые уже применяются в лечении и диагностике рака. Об этом сообщает ТАСС.

В России ведутся работы по созданию новых маркеров, позволяющих выявлять рак на ранних стадиях у людей без явных симптомов. Главный внештатный онколог ФМБА России Анна Кедрова сообщила, что внедрение таких разработок в клиническую практику может состояться через три-четыре года. В настоящее время проводятся исследования, включая оценку экономической целесообразности.

Онколог отметила, что многие необходимые исследования можно проводить уже на этапе первичной диагностики. "Прогресс есть, но важно, чтобы пациенты заботились о своем здоровье и обращались к врачу", — подчеркнула она.

Врачи сейчас акцентируют внимание на выявлении предраковых изменений и ранней диагностике. Кедрова упомянула, что "рак, выявленный на стадии предрака, является залогом активного долголетия". Качество скрининговых программ, включенных в диспансеризацию, также имеет большое значение.

Ученые повышают точность скрининга с помощью искусственного интеллекта. Например, в шведском исследовании MASAI более 105 тысяч женщин были случайным образом разделены на две группы: в одной снимки оценивали два врача, в другой — ИИ помогал выявлять подозрительные участки.

Результаты показали, что с поддержкой ИИ было обнаружено 338 случаев рака, в то время как при обычной проверке — 262, согласно данным, опубликованным в 2025 году в журнале The Lancet Digital Health.

Для подбора лечения врачи исследуют биомаркеры опухолевых клеток, такие как изменения в генах или наличие определенных белков. Молекулярная диагностика, включая анализ ДНК и РНК, помогает выявить изменения, которые могут повлиять на выбор терапии.

Например, врачи могут искать мутации в гене EGFR, чтобы предложить соответствующее лечение. Исследования также могут включать анализ здоровых клеток пациента для сравнения с опухолевыми.

Кроме того, важно выяснить, есть ли у пациента наследственная предрасположенность к раку, для чего проводят отдельное генетическое тестирование.

Изучение генетических особенностей опухолей началось еще до появления современных тестов. В 1960 году ученые описали филадельфийскую хромосому, связанную с хроническим миелоидным лейкозом, что впоследствии привело к разработке целевых методов лечения. В России такие исследования начали развиваться в 1990-х годах.

"За последние пять лет значительно улучшилась онкодиагностика, включая молекулярную и генетическую диагностику", — отметила Кедрова. Для выбора терапии важно знать 5–10 характеристик новообразования, что зависит от типа рака.

Изучение опухолей также помогает в разработке лечебных вакцин, которые активируют иммунную систему для борьбы с раковыми клетками. Эти вакцины применяются у пациентов с установленным диагнозом, включая тех, кто перенес операцию.

Лечебные вакцины отличаются от профилактических прививок, которые защищают от инфекций, способных вызвать рак. В России планируется включение вакцинации против ВПЧ в национальный календарь прививок, что было поручено Минздраву.

Некоторые противоопухолевые вакцины уже применяются в клинической практике. В США одобрен препарат сипулеуцел-Т для пациентов с метастатическим раком предстательной железы, который перестал реагировать на гормональное лечение.

Персонализированные мРНК-вакцины разрабатываются с учетом генетических особенностей опухоли. Исследователи анализируют мутации и выбирают неоантигены, которые служат маркерами раковых клеток.

Создание персонализированных вакцин требует времени, и на их изготовление может уйти до 30–40 дней. Кедрова отметила, что для их применения необходима сложная молекулярная диагностика и индивидуальный подход к лечению.

В ноябре 2025 года Минздрав России разрешил клиническое применение мРНК-вакцины "Неоонковак" против меланомы. Первое введение препарата состоялось 1 апреля 2026 года. Пациент, которому была сделана вакцинация, чувствует себя хорошо, и лечение будет продолжено.

В октябре научный руководитель Центра имени Гамалеи сообщил о введении вакцины двум пациентам и о создании около 15 индивидуальных препаратов.

Персонализированную вакцину разрабатывают также компании Moderna и Merck, которые проводят испытания с препаратом пембролизумаб. В октябре 2026 года были представлены результаты испытаний, показывающие, что через два года после начала лечения живы и без рецидива оставались 82,2% пациентов, получавших оба препарата.

Также проводятся исследования против других видов рака. В 2025 году вакцина вызвала иммунный ответ у восьми из 16 пациентов с раком поджелудочной железы.

Еще одно направление разработки противоопухолевых препаратов — это создание молекул, которые накапливаются в опухоли и минимально затрагивают здоровые ткани. Ученые работают над этим в НИИ онкологии Томского НИМЦ и Томском политехническом университете.

Разработка прошла доклинические испытания и была запатентована. В будущем ученым потребуется финансирование для дальнейших исследований.

В России уже применяют метод радиоэмболизации для лечения некоторых новообразований печени. В октябре 2026 года такие операции были проведены на Сахалине.

Больше новостей и эксклюзивных видео смотрите в канале Самара Онлайн 24 в MAX

Читайте также: