В СамАрте поставили спектакль "Питер Пэн. Тайны Кенсингтонского Сада": не все стремятся взрослеть
В театре юного зрителя "СамАрт" в Самаре состоялась премьера спектакля "Питер Пэн. Тайны Кенсингтонского Сада", основанного на произведении Джеймса Барри. Режиссер Юлия Беляева предлагает зрителям погрузиться в историю о появлении известного мальчика, который не хочет взрослеть. В спектакле присутствуют волшебные элементы, полеты и удивительные существа, однако поднимаются и серьезные вопросы: что такое свобода, возможно ли выбрать себя, не потеряв других, и всегда ли взросление подразумевает предательство детства. Об этом рассказывает Волга Ньюс.
Персонаж Питера Пэна знаком многим, даже тем, кто не читал оригинал Барри. Мальчик, который не взрослеет и умеет летать, живет на волшебном острове, дружит с феями и сражается с пиратами, стал самостоятельным культурным символом. Однако его история появления менее известна.
В "Питере Пэне в Кенсингтонском саду", опубликованном в 1906 году, главный герой – семидневный младенец, который однажды улетает из детской через открытое окно и попадает в мир птиц и фей. Ему предстоит освоиться в новом пространстве, узнать его законы и найти свое место. Только после этого из него вырастет тот самый Питер Пэн, которого мы знаем.
Но у Барри это не просто сказочная история о необычном ребенке. В ней присутствует грустная мысль: пока Питер живет в своем волшебном мире, человеческая жизнь продолжается без него. Когда он пытается вернуться к матери, он обнаруживает закрытое окно, а в комнате уже другой ребенок. Питер теряет возможность вернуться домой.
Это один из самых болезненных моментов произведения. Питер обрел свободу, о которой мечтал, но вместе с ней утратил возможность вернуться. Он не взрослеет, но мир вокруг него не остается неизменным. Вопрос возникает: так ли прекрасно навсегда оставаться ребенком, если все, кого ты любишь, продолжают жить, меняться и взрослеть?
В спектакле "СамАрта" эта тема не превращается в нравоучение. Здесь нет необходимости делить героев на правых и виноватых. Питер не обязан нравиться всем, а его стремление к свободе не отменяет последствий. Именно противоречивость героя привлекла внимание режиссера Юлии Беляевой.
"Все, чего ты себе не позволяешь, раздражает в других".
Повесть Барри редко появляется на российских театральных сценах, поэтому работа над ней стала открытием для постановочной команды.
"Мы чувствовали себя почти первопроходцами. Ранее был спектакль в Екатеринбурге, но общее ощущение было таким, что эту историю почти никто не знает. Здесь прекрасная поэтическая вселенная Кенсингтонского сада и Острова птиц. Это очень поэтичный текст, поздний романтизм, который очаровал нас всех", - делится Юлия Беляева.
Чем глубже команда погружалась в материал, тем больше находила в нем смыслов. Стало ясно, что речь пойдет не только о детстве и его утрате: "Мы искали, что играть, и находили неочевидные темы. Появилась тема творчества - полета души. Эта история становится не только прощанием, но и разговором о том, что такое творчество и какие жертвы иногда приходится приносить. Чем больше мы углублялись, тем больше находили смыслов".
У Юлии Беляевой есть и личная история с Питером Пэном. Ранее этот персонаж ее раздражал. Это стало неожиданной отправной точкой для режиссера, работающего над сказкой о мальчике, которого принято обожать: "Эта повесть примирила меня с ним. В "Питере Пэне" он достаточно концентрированный. Мне было важно понять, каким образом он стал таким. Это примирение произошло. Ребенку советского и постсоветского времени сложно воспринимать свободных персонажей. С Пеппи Длинныйчулок та же ситуация: что за дерзкая девчонка? Но потом понимаешь, что там много любви и свободы. Возможно, раздражает то, что ты сам себе этого не позволяешь".
В этой реплике скрыто многое из того, о чем спектакль предлагает задуматься. Порой чужая свобода действительно раздражает. Человек не следует правилам, поступает по-своему и не стремится быть удобным, и мы готовы назвать его эгоистом или инфантильным. Но не бывает ли так, что за нашим раздражением скрывается зависть к тому, что мы сами себе давно запретили?
Владислав Кричмарь исполняет роль Питера Пэна. Его герой проходит путь от младенца, попавшего в мир птиц, до мальчика, которого мы знаем из других произведений Барри. Актеру важно разобраться не только в характере персонажа, но и в том, как он становится самим собой.
- Что вы вкладываете в своего героя? Есть ли в нем что-то лично ваше?
- Все мое личное - на самом деле. Много эмоций и чувств, которые мы переживаем вместе со всеми.
С книгой актер познакомился во время работы над спектаклем. До этого он знал историю по мультфильмам и другим популярным версиям.
- Все мы смотрели "Питера Пэна", все эти диснеевские мультфильмы. Но у Барри все несколько по-другому написано, и мне это показалось интересным. Я прочитал книгу, когда мы начали ставить спектакль.
- Что именно вас зацепило в этой истории?
- Мне кажется, это история взросления. Мне было любопытно искать, как проходит путь персонажа: от маленького младенца-птички до сомневающегося, а потом до взлета к Полярной звезде. Это, наверное, самое интересное. Можно сказать, приквел к настоящей истории, которую мы все знаем. Интересно разобраться, что с ним произошло, как он стал именно таким.
В спектакле есть решения, которых не было в первоначальном тексте Барри. Одно из них связано с Полярной звездой и образом огонька. Юлия Беляева объясняет, что этот эпизод родился в процессе работы над инсценировкой: "Хотелось как-то связаться с музыкальным началом. Если бы вышел бытовой мальчик, изображающий, что он играет на скрипке или дудочке, это было бы слишком скучно. Мы хотели раскрыть, что это за история горящего человека. Творческий человек - человек горящий. И вот появился огонек, появился такой финал".
Питер не просто сбегает от привычного мира. Он ищет возможность существовать по своим законам, следуя тому, что его увлекает. В этом смысле образ огонька хорошо сочетается с темой творчества, о которой говорит режиссер. Человек, который горит своим делом, не всегда может объяснить окружающим, зачем ему это нужно, но отказаться от внутреннего огня тоже не так просто.
При этом творчество в понимании Юлии Беляевой - не только удовольствие и полет фантазии. У него есть своя цена и свои жертвы, как и у свободы.
Спектакль визуально очень красив. Это тот случай, когда слово "красивый" не означает просто нарядный или декоративный. Сценический мир живет по своим законам, и в него быстро начинаешь верить.
Костюмы птиц хороши. Они условны, в них нет попытки добиться фотографического сходства с пернатыми, но совершенно не возникает ощущения пошлого маскарада из папье-маше. Маски органичны: не мешают видеть актеров и не превращают персонажей в неподвижные фигуры, а становятся естественной частью действия.
Все костюмы заслуживают похвалы. Они выразительные, продуманные и с характером, при этом не перегружают происходящее. Все работает на атмосферу Кенсингтонского сада - странного, таинственного места, населенного существами, которых в обычной жизни не встретишь.
Постановка предъявляет немало технических требований к артистам и театральным цехам. Юлия Беляева рассказывает, что освоение сценических механизмов и работа с конструкциями оказались непростыми: "Это был очень сложный спектакль, технически сложный, потому что он визуальный. Нужно было освоить множество механизмов, и все это в короткие сроки, как всегда бывает в театре при выпуске спектакля. Когда столько технических задач, когда нужно освоить машину и заставить все ожить, это действительно непросто".
Один из самых необычных технических элементов постановки - специальная конструкция, с помощью которой летают Питер и феи. Она превращает сценическое действие почти в цирковой аттракцион.
Сильное впечатление производит пластика. Питер в исполнении Владислава Кричмаря действительно летает. Здесь не используется специальная техника, и не происходит условного театрального смысла, когда актер подпрыгивает, а зритель по договоренности принимает прыжок за полет. Его тело движется настолько свободно и естественно, что временами кажется, что он без всяких механизмов действительно оторвется от сцены.
Это особенно заметно в эпизоде, когда Питер пытается вернуться к матери. Он снова и снова взлетает к закрытому окну. Прыжки актера - не просто демонстрация пластических возможностей, а почти физическое выражение отчаяния. Питер может летать, но не может вернуть то, что потерял. Каждый новый взлет подчеркивает невозможность возвращения.
В спектакле есть удивительный образ, который стоит рассмотреть отдельно: гнездо, которое Питер заказывает дроздам в качестве лодки. Оно одновременно напоминает огромный терновый венец и спасательный круг. В этом сочетании есть что-то неожиданное и тревожное: предмет, предназначенный для спасения, вызывает ассоциации с испытанием и страданием.
В финале актеры-птицы снимают маски. Этот момент стоит отметить. На протяжении спектакля мы видим существ из другого мира, а затем вдруг обнаруживаем за ними обычных людей. Сказка заканчивается, условность становится видимой, но ощущение волшебства не исчезает сразу.
А нужно ли вообще взрослеть?
История Питера Пэна не дает однозначного ответа на вопрос, кто из героев прав. Питер стремится к свободе, но она не избавляет его от одиночества. Он не хочет взрослеть, но окружающие не могут навсегда остаться в том времени, из которого он однажды улетел.
Мы привыкли считать взросление неизбежным, а детство - временем, которое нужно беречь и по возможности продлевать. Но можно ли сохранить себя, если отказаться меняться? И всегда ли выбор собственной свободы означает, что можно не считаться с чувствами других?
Пожалуй, Питер Пэн раздражает не только Юлию Беляеву. В нем есть черты, которые трудно принять, особенно если смотреть на него не как на сказочного мальчика, а как на человека, с которым пришлось бы иметь дело в реальной жизни. Но в нем также присутствует то, чего многим из нас не хватает: способность увлечься, довериться своему желанию и не просить разрешения быть собой.
Впрочем, выбирать себя - не значит отказываться от всех остальных. Взросление - не обязательно потеря свободы. Возможно, это просто умение понимать, что у любого выбора есть последствия и все-таки решаться на него.
После спектакля ловишь себя на мысли, что вовсе не обязательно хотеть вернуться в детство, чтобы любить эту историю. Скорее, хочется сохранить в себе способность удивляться, играть, придумывать собственные миры и не стесняться того, что по-настоящему увлекает. А вот навсегда оставаться в Кенсингтонском саду, пожалуй, не стоит. Даже если там так красиво.
Над спектаклем работали: режиссер Юлия Беляева, драматург Марина Беляева, художник Любовь Мелехина, художник по свету Денис Гришин, композитор Юлия Колченская, хореограф Евгения Миляева.
В ролях: Питера Пэна по очереди исполняют Владислав Кричмарь и Александр Панкратов. Также в спектакле заняты Анастасия Вельмискина, Алена Янгляева, Алексей Меженный, Ярослав Тимофеев, Ольга Ламинская, Мария Сафонова, Игорь Рудаков, Роман Касатьев, Антонина Конева, Екатерина Образцова, Полина Паздерина, Анна Тулаева, Татьяна Наумова, Анастасия Оболдина, Михаил Егоров, Григорий Поляков, Илья Коношенок, Кирилл Лазарь, Дмитрий Миллер, Сергей Цой, Дмитрий Добряков, Петр Касатьев, Алиса Ларионова и Алена Червова.
Больше новостей и эксклюзивных видео смотрите в канале Самара Онлайн 24 в MAX
Читайте также:
Самарцы могут остаться без корпоратива: где еще остались места для новогодних гулянийКуда сходить в Самаре, если всё надоело: готовый гид для нескучных выходных
